Table of Contents
Table of Contents
  • -26-
Settings
Шрифт
Отступ

-26-

Пережитое сделало меня одновременно и осторожнее, и бесстрашнее. Я помнила, что сама рыжая чародейка, хитрейшая из змей, не побоялась показаться на глаза дочке таммельнской служанки - ведь взрослые так редко слушают детей и почти никогда не принимают их слова всерьез. К тому же, я была уверена в глубине души: вскоре в этих краях никто не удивится, увидев в тени старых деревьев лесную деву, играющую с птицами, или крохотные следы домового в золе очага.

Ребятня всюду ходила за мной, ожидая чудес – и чудеса были тут как тут. Ночью я показывала им болотные огоньки, появлявшиеся в глубине оврагов, днем на пыльной дороге духи земли вздымали маленькие танцующие вихри  - стоило мне только попросить об этом шепотом, - по утрам у воды всегда можно было найти перламутровую русалочью чешую и увядшие венки из первых болотных цветов, а  вечером в далекий волчий вой вплетались песни лесного народа и мелодии свирелей из камыша. Но пока что услышать и увидеть их могли только самые чуткие и доверчивые человеческие души.

Однако это означало и то, что мне вновь следовало сменить попутчиков. Странности не могли бесконечно множиться, оставаясь незамеченными. Рано или поздно детская болтовня  заставила бы взрослых призадуматься, да и передвигались тяжелые повозки слишком неторопливо. Иногда нас обгоняли более быстрые беглецы, несущие с собой тревожные вести: у Юга более нет королей, Астолано превращается в призрачный город, а знатные люди, в отличие от простолюдинов не имевшие права на страх перед неведомым, убивают друг друга на улицах. Тревога беженцев усиливалась с каждым рассказом у костра, превращаясь в суеверный ужас пред лицом силы, которую пока что именовали гневом богов, а я боялась совсем иначе – как человек, который знает, в чем его вина, и какое наказание за нее положено.

Едва Хорвек, к удивлению наших спутников, окреп настолько, чтобы встать на ноги, я попрощалась с Валлой и ее семьей – они решили двигаться через долину к дальнему перевалу, пригодному для груженых повозок, а нам ничто не мешало попытать счастья на более крутых склонах. Теперь мы путешествовали вдвоем, верхом на маленьких смирных лошадках, едва-едва умеющих ходить под седлом – их продали нам в одной из местных деревенек. Демон все так же молчал, покорно следуя за мной и не спрашивая, куда мы направляемся. В какой-то момент я самоуверенно решила, будто научилась угадывать пожелания Хорвека, оттого он не подает голос. План мой оставался таким же простым, как и ранее: оставить за спиной Астолано, запутать следы, а затем свернуть на восток, в сторону Лаэгрии. «Мы узнали все, что должны были знать о тайнах рыжей ведьмы, - думала я, решительно направляя лошадь вверх, по извилистой тропе, ведущей к перевалу. – Пришло время вернуться. Хорвек, к тому времени, как мы доберемся до Таммельна, вновь войдет в силу, и мы сможем победить чародейку».

Но я ошибалась во всем. Впереди меня ждало самое тяжелое испытание, и у этой беды не имелось ни клыков, ни когтей.

Правда открылась, когда Хорвек понемногу заговорил. Голос его стал тихим, как шелест сухих листьев, но я все еще не хотела верить в то, что эта слабость – начало угасания, а не конец болезни. В то время мне казалось, что главное – распрощаться с Астолано. Именно в проклятом городе, лишившемся короля, я видела главную опасность, способную разъединить нас с Хорвеком. Что еще могло помешать нам вернуться в Таммельн, как не память о Белой Ведьме, желающей видеть сына правителем Юга? Изо всех сил я убеждала себя, что спасаю его от страшной ошибки – кровавая корона не принесла бы ему счастья!.. – но иногда червь сомнения точил мою душу: быть может, я просто желала использовать Хорвека в своих интересах? Чиста ли была моя совесть?.. От одной мысли про Астолано на душе становилось тяжко и муторно, и я старалась не вспоминать, не думать, не сомневаться. Вперед, только вперед! В Таммельн!..

Но стоило мне сказать это вслух – впервые за то время, что мы странствовали, покинув столицу Юга, - как глаза Хорвека вновь потускнели, а лицо побледнело едва ли не сильнее, чем в самый разгар его болезни. 

Мы сидели у костра, согревая руки – здесь, на северном склоне гор, зеленая трава, которую я недавно видела в долине, казалась мимолетным видением: мокрый снег и ветер загнали нас в узкую расщелину, где мы кое-как сумели развести огонь. День походил на поздние сумерки – лучи солнца не могли пробиться сквозь низкие темные облака и полосы крупных хлопьев снега.

-Йель, - глухо промолвил Хорвек, не глядя на в мою сторону. – Мы не можем вернуться. Мне очень жаль, но…

Я была потрясена этим неожиданным ответом. Мне казалось, возвращение в Таммельн - само собой разумеющееся дело. Хорвек не выказывал желания вернуться в Астолано, так куда же еще мы могли направиться? Я не заговаривала об этом раньше только потому, что считала, будто все давно решено и не подлежит обсуждению!..

-Но почему? – вскричала я, придя в себя. – Разве… разве ты сам не желал победить рыжую ведьму? Не ты ли разгадывал ее тайны? И что теперь? Оставить все, как есть? Куда же мы идем, если не в Таммельн, позволь спросить?!

-Я не смогу, - ответил он, сгорбившись и обхватив себя руками, словно пытаясь справиться с ознобом. – Прошу тебя, Йель, поверь мне. Мы не должны возвращаться, будет только хуже…

Это была едва ли не самая долгая речь из тех, что я слышала от него за последнее время, и я впервые заметила, как Хорвек задыхается после каждого слова.

-Хуже? – переспросила я, решив, что понимаю, куда он клонит. – Можно подумать, в Астолано тебя ждет легкая жизнь!

-Я не говорил, что нужно возвращаться в Астолано. С этой историей покончено.

Я недоверчиво хмыкнула, приглядываясь к нему, и Хорвек продолжил, явно пересиливая себя.

-Ты сама видишь – я не справился с тем, что сам для себя выпросил у судьбы. И оказался недостойным сыном своей матери.

-С чего ты взял… - начала я, сама не зная, что именно собираюсь оспаривать и зачем.

-Да с того, - перебил меня Хорвек, - что я сейчас едва жив и ни на что не способен. Ни капли силы Белой Ведьмы мне не досталось, она не сочла меня своим наследником, хотя узнала во мне сына. Свои собственные силы я истощил и не знаю, когда они вернутся. Поэтому нам нужно выждать…

-Нет! – теперь я не дала ему договорить. – Я не могу ждать!

-И что же ты можешь сделать? – спросил он, не скрывая злости. – Как победишь рыжую чародейку, Йель?

Ответа на этот вопрос я не знала, но сдаваться не собиралась.

-Разве не ты говорил, что любое колдовство можно разрушить, если знать слабое место чар? – выпалила я. – Мы знаем, как ведьма обманула Лодо! Он согласился подчиниться ей из-за любви, которой не существовало. Если мы скажем принцу, что его обманули, сделку можно будет расторгнуть!

-По-твоему, все так просто? – Хорвек смотрел на меня то ли с досадой, то ли с жалостью. – И что же дальше? Чары разрушатся, но ведьма останется ведьмой. И сил у нее не убавится. Думаешь, любезный принц Лодо, освободившись, сумеет ее убить? Мало же ты знаешь о чародеях и принцах! В роду Виллейма нет больше ведьмоубийц, да и сам он сумел убить Белую Ведьму, прибегнув к чьей-то тайной помощи - я уверен в этом. А скажи-ка, Йель, как ты собираешься встретиться с заколдованным принцем? Думаешь, чародейка подпустит тебя к нему? Думаешь, позволит произнести хоть слово?..

-Но если мы не попытаемся, то надежды и вовсе нет! – возразила я запальчиво. – Да, принцу Лодо не победить ведьму, но Хорвеку это по силам! Ты просто разуверился в себе. Болезнь уйдет, ты вновь станешь прежним…

-Йель… - он горько и тяжело вздохнул. – Хорвек не сможет одолеть рыжую ведьму. Он слаб. И даже в лучшие свои времена он не сумел бы выстоять – ведьма гораздо могущественнее, чем ты думаешь. Она даже могущественнее, чем думал раньше я. Все мои знания – ничто в сравнении с ее яростью. Чародей, сумевший подняться из могилы – страшное существо.

-Ты был похоронен заживо в своей тюрьме, - сказала я упрямо. – И вернулся из мира мертвых!

-Я вернулся не в своем обличье, - он покачал головой. – И должен был умереть. То, что произошло со мной – неправильно и невозможно. И оттого непредсказуемо. Ты сама видела, что произошло в Астолано, когда я самоуверенно решил, будто мне по плечу настоящая магия. Мое время еще не пришло. Я не могу колдовать так, как желаю. Это тело – все еще тело смертного, не имевшего магического дара, и превращение, происходящее с ним, далеко от своего завершения, как бы нам не хотелось обратного. Поэтому я и говорю тебе: нам нужно выждать, пока я стану… сильнее.

-Но что, если не станешь? – в запале я произнесла это и запоздало поняла, о чем именно спросила.

-Если не стану – значит, умру, - ответил он. – Тело должно измениться ровно настолько, чтобы вместить мое колдовство – или оно погибнет.

-Нет, нет, - я лихорадочно придумывала, как возразить ему. – Ты уже говорил, что умрешь – и не умер, Вот и сейчас то же самое… Ты просто пугаешь меня и себя! Хватит принижать себя, Хорвек! Мы пойдем в Таммельн, встретим ведьму и ты поймешь, что не так уж она и страшна.

-Я не могу, - повторил он безжизненно и твердо.

-Можешь! – я понимала, что выиграть в этом споре не выйдет, но все еще пыталась найти выход. – Мы что-нибудь придумаем! Всегда есть какая-нибудь хитрость, уловка… Ты столько всего знаешь, чего не знает она!

-Хитрость? Да знаешь ли ты цену этой хитрости?! – слова эти напоминали выкрик, и Хорвек закашлялся. – Нет, Йель, нет…

Я сидела, раскачиваясь из стороны в сторону – отчаяние полностью поглотило меня. Он сказал правду, с которой невозможно было поспорить, и правда эта была страшна.

-Будь со мной, Йель, - сказал он, и умоляющий голос его звучал настолько непохоже на обычную речь Хорвека, что я долгое время считала, будто придумала эти слова в исступлении. – Не совершай ошибку. Ты не должна возвращаться в Таммельн.

-Я должна вернуться, - произнесла я, не зная, отвечаю ли Хорвеку или просто говорю сама с собой. – Меня там ждут. Я не могу отступиться. Лучше я умру, но буду знать, что не бросила их.

-Что ж. Выбор сделан. К этой цели ты пойдешь одна, - услышала я то, чего боялась больше всего на свете. Теперь его голос был спокоен, и я уверилась, что просьба, прозвучавшая только что, попросту мне почудилась.

В первое мгновение показалось, будто меня предали, и я едва не сказала это вслух, но увидела, как печально лицо Хорвека – что-то заставляло его поступить именно так, не давая права на иной выбор! - и напомнила себе, что если у него и были какие-то долги передо мной, то их он давно искупил с лихвой. Опять я забыла, что мои беды – всего лишь беды обычной смертной, которые, к тому же, я сама призвала на свою голову. И еще я вспомнила, что Хорвек когда-то предупреждал меня, что я рано или поздно возненавижу его.

-Я… я не ненавижу тебя, - сказала я, все еще не веря, что мы прощаемся. – Спасибо за то, что помог зайти так далеко.

-Еще не время, - глухо и едва слышно пробормотал он, спрятав лицо в руках. – Черед ненависти еще не пришел.