Table of Contents
1.48

Иллюзия несокрушимости

Марика Вайд
Novel, 859 259 chars, 21.48 p.

Finished

Series: Хэйтум, book #1

Table of Contents
  • Глава 16: Правила правилам рознь
  • Глава 28: Встреча в поселении
  • Глава 29: Вороны в храме
  • Глава 30: Жетон главы
  • Глава 31: Рехум Фрос
  • Глава 32: Возвращение в столицу
  • Глава 33: Великий совет
  • Глава 34: Внутренние перемены
  • Глава 35: Освобождение давнира Фолиза
  • Глава 36: Вышитый платок
  • Глава 37: Рука судьбы?
  • Глава 38: Дурные вести достигли севера
  • Глава 39: Угощение от Фолы Андалин
  • Глава 40: Погребение великого ксая
  • Глава 41: Забота ксаи Андалин
  • Глава 42: Прощай, дворцовый город!
  • Глава 43: Маленький заложник
  • Глава 44: Встреча в Уфазе
  • Глава 45: Новый глава
  • Глава 46: Свадьба в Уфазе
  • Глава 47: Одни призраки прячутся, другие выходят на свет
  • Глава 48: Архивная крыса
  • Глава 49: На грани безумия
  • Глава 50: За всё нужно платить
  • Глава 51: Клятва ценой в судьбу
  • Глава 52: Венец Сокэмской башни
Settings
Шрифт
Отступ

Глава 16: Правила правилам рознь

***


—А я для него сырные шарики принесла, — Сэлла разочарованно вздохнула, осматривая зал.

У брата он небольшой. Очевидно, строители придерживались здесь умеренности. Низкий потолок дворца украшали полотна разноцветного шёлка. Закреплённые по центру у резного герба дома Танмай, они расходились во все стороны, слегка провисая, а затем аккуратно крепились на стыке потолка и деревянных стен. Пожалуй, это единственное яркое украшение. Остальное выглядело обезличено — бумажные перегородки с цветочным орнаментом, тёмно-коричневые стулья вдоль стен, невысокий помост со столом хозяина у дальней стены. Несколько курильниц и напольных подсвечников из полированной меди.

Давнира Эдора Танмай сидела на одном из стульев, приставленных к распахнутому окну, и трудилась над вышивкой.

На белой глади дорогого шёлка уже отчётливо прорисовалась маленькая голова и поджарое тело мифической птицы с тяжёлым веером длинного хвоста. Но цвета невестка выбрала непривычные. Вместо огненных оттенков на платке царил сдержанный синий. Да и поза у феникса особенная — он словно гнался за собственным хвостом, растопырив длинные крылья. Цвет дома Танмай и поза феникса намекали на древний герб правящей семьи, на Пожирателя хвоста.

Сэлла перевела взгляд в центр потолка. Там змея с наслаждением грызла собственный хвост. Символ вечного перерождения и борьбы противоположностей, на которой основан весь мир. А ещё это знак дома Танмай и его наследия, Сокэмской башни. Только они используют Пожирателя хвоста на монограммах, гербах и печатях. Невестка захотела сделать подарок со смыслом. Сэлла с улыбкой подошла ближе и склонилась над плечом Эдоры.

—Рукодельница, каких ещё поискать нужно, — похвалила она вышивку.

—Мне приятно, что этот платок будет с тобой, Сэлла, — глаза Эдоры излучали уютное домашнее тепло.

—Я с удовольствием приму такой подарок, — Сэлла погладила голову феникса, — Ты знала, что легендарная ксая Тирея подарила возлюбленному платок с фениксом? А он передал ей эту вышивку, когда был осаждён бунтарями во дворце?

—Да, я читала об этом, — Эдора протянула сквозь шёлк синюю нить, накладывая очередной стежок.

—Как думаешь, Тирея правильно тогда поступила?

Эдора оторвалась от вышивки и с удивлением посмотрела на Сэллу.

—Откуда только в твою голову приходят такие мысли? Столь юной деве рано задумываться над подобными вещами!

—Рано? — Сэлла хмыкнула и подтащила к рамке для вышивки ещё один стул.

Опустившись на него, она нахмурила лоб.

—Ты считаешь меня маленькой?

—Я не говорила такого, — мягко улыбнулась давнира Эдора, — Но рассуждать о поступке ксаи Тиреи тебе не стоит.

—Неужели? — с вызовом произнесла Сэлла, в который раз поражаясь наивности невестки, — Но я изучала поэму с разрешения великого наставника. Мы даже обсуждали её вчера.

—Кх...кх... — Эдора смущенно закашлялась.

Её бледное лицо тут же покрылось румянцем. Следом зарделись мочки маленьких ушей, что привело Сэллу в полный восторг. Невестка сейчас само очарование! Видел бы её брат.

—А что такого? Ну, застрелила Тирея родного отца ради возлюбленного. Ты бы не поступила точно так же?

—Сэлла!

—Зато на этом весь переворот закончился... — Сэлла вздохнула, — Но я бы так не смогла. Я слабая, да?

Эдора отложила иглу и осторожно коснулась её руки. Взяв пальцы Сэллы в свои ладони, она как можно мягче произнесла:

—Вот поэтому тебе не нужно обсуждать подобные вещи. Не понимаю великого наставника! Зачем изучать эту поэму с ребёнком? Сэлла, ты вырасти для начала. Не думай пока о дворе, интригах и прочем — хорошо? Пусть твоё детство останется светлым.

—Невестка! Ты такая забавная порой.

—Душа моя, просто я понимаю те вещи, которые скрыты от твоего взора, благодаря возрасту. Это не делает тебя глупее, поверь. Это делает меня... немного грязной.

—Пф... — Сэлла зажала рот ладонью, пытаясь сдержать смех.

—Сэлла, Сэлла... ох!

—Невестка, да ты самая чистая и светлая женщина, которую я знаю! Не наговаривай на себя. Кстати, а где мой брат? Он до сих пор сердится?

—Откуда такие мысли? Наследный ксай очень ценит тебя. Просто его вызвали во дворец великого ксая.

—А-а... — разочарованно протянула Сэлла, поднимаясь на ноги, — Можешь мне тогда показать лук? Ну, тот, который ксая Андалин подарила.

—Наследный ксай запер его в оружейной, — Эдора тоже покинула своё место, проявляя уважение к гостье, — Мне жаль, душа моя, но ничем не могу помочь.

—Не страшно! Я зайду в другой раз... — Сэлла кивнула на стоящую на столе тарелку, — Тогда не забудь передать брату сырные шарики. Скажи — я тоже его люблю. Сильно, сильно! Пусть не сердится на меня. Впредь буду вести себя подобающим моему положению образом.

Даже у простодушной Эдоры в глазах промелькнуло недоверие. А кто бы поверил обещаниям такой непоседы? Сэлла хитро улыбнулась.

—Я откланиваюсь, дорогая невестка. Амми, уходим!

—Береги себя, душа моя, — Эдора низко поклонилась, как требовал придворный этикет.

Эта женщина не умеет нарушать правила! Совсем не умеет. Сэлла разочарованно вздохнула. Скучно!


***


Восточная часть располагалась на уровень выше остального дворцового города. Поэтому посетив дворец брата, Сэлла попала на рукотворное возвышение, правильно ориентированное по сторонам света. Северная и южная стена здесь имела полторы тысячи локтей, а западная и восточная равнялась двум тысячам локтей. Каждое направление тщательно охранялось — вблизи арочных ворот стояли парсины в позолоченных доспехах.

Не удивительно, что восток выглядел несколько опустевшим. Сэлла заметила лишь небольшие группы тонатов, спешащие по хозяйственным делам. В руках мужчины держали узлы с грязным бельем. Значит, шли к прачкам.

—Смотрите, младшая ксая, — вдруг оживилась Амми, — У большого пруда гуляет сын ксаи Андалин.

Присмотревшись, Сэлла и правда обнаружила юношу у южного берега пруда, что отделял малый восточный дворец от большого.

—Пойду-ка, поприветствую младшего ксая Иршафа.

—Ваш брат не одобрит...

—И где ты увидела моего брата? Мы одни, — Сэлла раздраженно повела плечом, — Оставайся здесь. Я скоро вернусь.

Иршаф Андалин оглянулся, стоило ей приблизиться к нему, и вежливо поклонился.

—Младшая ксая Танмай, приветствую вас!

—Доброго дня, младший ксай Андалин, — Сэлла непринужденно присела в ответном поклоне, — Хотела поблагодарить вас за помощь в стрельбе из лука.

—Не стоит, — юноша улыбнулся, — Моя мать часто ставит людей в неловкое положение. Прошу вас простите её! Это всего лишь дурная привычка, а не злой умысел.

—Признаться честно, ваша матушка избавила меня от скуки на том обеде. Я едва не уснула! Так что, стрельба из лука выглядела бодрящей чашей воды среди одинаково сладких блюд.

Она перебрасывалась с Иршафом ничего не значащими словами, незаметно изучая его лицо. Надо сказать, ничем неприметное лицо. Узкие глаза, прямой нос, над верхней губой крошечная точка родинки. Миловидным его делает улыбка и открытый взгляд.

Ещё примечательна болезненная бледность. Она придаёт облику ксая утонченную аристократичность. Правда, это обманчивое впечатление. У него крепкие руки и хорошая осанка. А если судить по совместной стрельбе из лука, то ещё и меткий глаз. Парень выглядит изнеженным, но на деле совсем неплох.

—Как я заметил, дворец скучное место.

—О, да! — Сэлла вздохнула,- Он похож на дремлющее озеро. На поверхности всё тихо. Настолько тихо, что порой не поймёшь, живы ли его обитатели?

—И чем вы здесь развлекаетесь? — поинтересовался младший ксай Иршаф.

Сэлла лучезарно улыбнулась. Этот день, действительно, был скушен. Так почему бы не развлечься?

—Хотите знать секрет этого пруда? — прикрывшись ладонью, шепнула она.

Иршаф молча кивнул.

—Здесь выпустили золотых карпов.

Он пристально всмотрелся в тёмные воды пруда, а затем в недоумении уставился на продолжающую улыбаться Сэллу.

—Не верите? А готовы проверить?

—И что нужно делать? — Иршаф выглядел заинтригованным.

—Но хватит ли вам смелости? — Сэлла прищурилась, окидывая юношу оценивающим взглядом, — Ведь это нарушение дворцовых правил.

—Что-то подсказывает мне, вы всегда их нарушаете, — в тон ей заметил Иршаф Андалин, — Чем же я хуже?

—Хорошо! Вы смелый человек.

Сэлла вынула из чехла подаренный Лаисом нож и без всякого сожаления срезала прядь волос.

—Нужна подходящая ветка. Будем мастерить удилище, — пояснила она, отдавая нож юноше.

Младший ксай Иршаф не задумываясь отломил побег молодого клёна и освободил его от пожелтевших листьев. А Сэлла ловко заплела тонкую косицу, превращая срезанные волосы в самодельную снасть.

—Крючка нет, — посетовал Иршаф, протягивая косицу сквозь расщепленный конец ветки.

—Вот, — Сэлла сняла золотую серёжку.

—А если потеряем?

—Я сама купила эти сережки в прошлом году. Так что, жалеть точно не стану. Берите.

Иршаф довольно ловко закрепил серёжку на волосяной косице. Не в первый раз, отметила про себя Сэлла, поглядывая на него с уважением. Из её близких знакомых на такое способен лишь Лаис Ханнар. А вот у брата с рыбной ловлей не ладится.

—Закидываем? — с заговорщическим видом подмигнул младший ксай Иршаф и, не дожидаясь согласия, отправил золотой крючок в воду.

Ждать долго не пришлось. Кленовую ветку изогнуло дугой. Иршаф осторожно потянул удилище, вытягивая на воздух небольшую золотисто-жёлтую рыбешку с характерно алой спинкой. Молодой карп несколько раз дёрнулся и вдруг соскользнул в пруд. Иршаф растерянно посмотрел на кончик удилища.

—Вместе с серёжкой ушёл...

Сэлла рассмеялась. Вид у юноши был забавный! Округлившиеся глаза, приоткрытый в азартном ожидании рот...

—А вы знаете, что за ловлю карпов в этом пруду грозит порка? Видите, сюда парсины идут?

Иршаф с недоверием проследил за её пальцем. В сторону дворца на самом деле шло трое парсинов. Сэлла не была уверена, что стражи заметили их фокусы вблизи пруда, но решила подшутить над новым жильцом малого восточного дворца.

—Что же вы её держите? Бросайте!

Иршаф послушно выпустил удилище из рук.

—Да не на берег! В воду... — Сэлла пнула ветку носком ботинка, отправив ту в пруд, — Бежим!

Они бросились прочь от водоёма, дружно взявшись за руки. Так с зернового поля бегут суслики, напуганные внезапно появившимися земледельцами. Сэлла со знанием дела прошмыгивала между кустами, огораживающими тропинки, выбирая кратчайший путь. А младший ксай Иршаф следовал за ней, то и дело наклоняя голову, чтобы затеряться среди зарослей. Роста этот парень оказался приличного. Как Ардис или даже чуть выше.

Завернув к хозяйственным постройкам, Сэлла дёрнула его за руку, увлекая за угол, а затем осторожно выглянула. Погони не было. Значит, парсины шли по своим делам. Нарушителей дворцового порядка они точно не заметили. Но разве не она обещала невестке этим утром вести себя прилично? Согнувшись пополам, Сэлла расхохоталась.

—Вы пошутили надо мной? — раздалось сбоку.

Она распрямилась. Лицо младшего ксая Иршафа выглядело печальным. Неужели, не ожидал от неё такого?

—Я? Да небеса мне в свидетели — ни разу не шутила! Сама чуть не умерла со страху. Когда мне было восемь, я решила побросать в этот пруд камни. Знаете, как поступил отец?

—Что... что он сделал?

—Заставил меня стоять на коленях перед восточным дворцом. Потому что на приказ выпороть единственную дочь духу не хватило. Карпов тогда пытались развести, но они всё время дохли. Что-то им не нравилось в дворцовом пруду. Вот мне и влетело... С тех пор тревожить покой обитателей пруда запрещено. Приказ самого великого ксая. Нарушителей отправят на порку. Так что, младший ксай Андалин, я вовсе не шутила.

—И многих выпороли? — с недоверием уточнил Иршаф.

—Так не нашлось желающих испытать судьбу... — Сэлла вновь рассмеялась.

—Я понял, — с самым серьёзным видом произнес юноша, что вызывало у Сэллы новый приступ смеха.

Дождавшись, пока она успокоится, Иршаф поинтересовался:

—Но зачем нарушать приказ?

—Вы хотели уточнить, зачем я вынудила вас его нарушить? А вы вдохните воздух!

Сэлла шумно вдохнула, показывая пример.

—Ну, же, смелее.

Младший ксай Иршаф повторил за ней — сделал один глубокий вдох. Понимания на его бледном лице не прибавилось.

—Чувствуете запах свободы?

—Простите?

—Каждый раз, нарушая правила и строгие запреты, получаешь глоток свободы, — с многозначительным видом заверила Сэлла, — Прошу прощения за то, что втянула вас в это! Я же спросила в самом начале — хватит ли смелости?

—Глоток свободы... — тихо повторил Иршаф и неожиданно улыбнулся, — Пусть я скован, как многие, но тоже завидую вольному полёту птиц.

Сэлла потупилась. Почему он так сказал? Как попал в цель настолько точно и созвучно её устремлениям? Неужели все дети великих домов, одержимы только одним — свободой от любых условностей?

—Вынуждена попрощаться с вами, младший ксай Иршаф, — она поклонилась, — Меня уже ждут.

—Заходите в гости при случае, — ответил он, — Я буду рад встретить вас.


***


Корзина, полная гнилых яблок, сильно ограничивает выбор. И вот среди этой, истекающей гнилым соком массы, обнаруживается целый плод. Первое желание — вытащить его, сохранить неповреждённым. Но как быть, если твои руки уже измазаны?

Иршаф Андалин с тоской смотрел на уходящую Сэллу, проклиная собственную трусость. Мать требовала от него сблизиться с дочерью великого ксая. О причине такого странного требования он частично догадывался. Ксая Фола ищет союзников. И невинная, но влиятельная в силу своего происхождения девица прекрасно подходит на эту роль. Она дорога отцу, с ней возится родной брат, а её лучшим другом считается Лаис Ханнар. Заполучив сердце Сэллы Танмай, его мать станет ближе правящему дому и получит хотя бы небольшое влияние на будущего великого генерала северного Хэйтума.

Его возражения мать не приняла.

«Твоя обязанность соблюдать интересы великого дома Андалин, — заявила она за вечерним чаем, — Мы переехали в дворцовый город не для того, чтобы ты учитывал потребности этой глупышки. Запиши её в число своих друзей!»

«Что она сделала вам, Фола-идо? — удивился он, — Откуда такая ненависть?»

«Ненависть?! — мать вышла из себя, от хлопка по столу из её чашки брызнул чай, — Мне нет дела до этой девчонки и её чувств! Принеси мне её в зубах, как делает волк. Я хочу эту добычу. Ты меня понял?»

«Мама! — он знал, его возражения выглядят жалко, но всё же попытался выстроить защиту, — Я твой сын. Почему ты приказываешь мне таким тоном?»

«Не смей обращаться ко мне настолько грубо, — Фола Андалин перешла на крик, заставив его понуриться, — Какая „мама“?! Я для тебя Фола-идо! Не забывай о том, кем являешься. Ты сын правителя Хэйтума и наследницы великого дома Рейрика. В тебе течёт две высших крови! Ты не ровня этой девице и её брату. Их мать была всего лишь жалкой давнирой. Ксаей её звали из уважения к супругу... Я здесь для того, чтобы ты получил достойное место в этой стране».

«Фола-идо, неужели не видишь — Сэлла милая девочка?»

«Вижу! Воспользуйся её слабостью. О, небеса, за что вы наказали меня таким бестолковым сыном?! — мать воздела к потолку руки и закатила глаза, — Сил нет с тобой спорить... Моя бедная голова!»

Пришлось сопровождать матушку в опочивальню. Фола-идо всегда пользовалась женской слабостью. Иршаф прекрасно понимал, что она умело притворяется больной и несчастной, брошенной любимым мужчиной женщиной. Но ничего не мог с этим сделать. Потому что... трус.

«Я растила тебя в этом ужасном городе... — не унималась Фола-идо, — Одна растила! А ты не можешь оказать матери столь малую услугу? Отвечай же, ты поможешь мне?»

«Возьми себя в руки, Фола-идо. Я и не думал огорчать тебя...»

«Хороший мальчик!» — привычное поглаживание по щеке позволило ему облегчённо выдохнуть. Если гладит, как пса, значит, успокоилась. Вышедшая из себя Фола-идо худшее из того, что он видел в этой жизни! И он всегда чувствовал себя виновным в её плохом настроении.

От одной мысли о том вечере Иршафу хотелось окунуться в горячую купальню. Касание пальцев матери на его щеке всё ещё ощущалось, как плевок ядовитой змеи. Вызывая одновременно неконтролируемый страх и омерзение.

Он уже успел позавидовать Сэлле Танмай. Рядом с ней не наблюдалось диких змей. Девочка счастливый человек! Пока счастливый... Однажды Фола-идо отравит своим присутствием и её жизнь.